Главная / Вдохновение / Как говорить с детьми о войне?

Как говорить с детьми о войне?

Для нынешнего поколения детей и подростков живое общение с людьми, которые были на войне, — уже редкость. Единицы среди них имеют возможность поговорить с прадедушками, которые могли бы рассказать о пережитых событиях из первых уст. Очень часто все, что они видят — это парад, георгиевская ленточка и гламурные блокбастеры, которые в большом количестве сейчас «клепает» наше телевидение. При этом это то поколение, от которого зависит, будет ли память о Великой Отечественной передаваться дальше, или о ней забудут. О том, как родителям строить разговор о войне с детьми, мы беседуем с Сергеем Вячеславовичем Перевезенцевым, историком, доктором исторических наук, профессором факультета политологии МГУ им. М.В. Ломоносова.

Сергей Вячеславович Перевезенцев

Сергей Вячеславович, как говорить о войне с детьми в новых условиях, когда живых ее свидетелей почти не осталось?

Вы знаете, несмотря на то что мое детство пришлось на 60-е, а подростковый возраст — на 70-е годы, когда в живых было еще много ветеранов войны (например, в 1975 году, когда мне исполнилось 15, прошло только 30 лет с момента окончания войны, как раз тогда впервые мы услышали «День Победы», песню, сразу ставшую неофициальном гимном памяти о Великой Отечественной войне), мое восприятие войны формировалось вовсе не рассказами ветеранов, дедушек и бабушек. Один мой дед погиб или пропал без вести — это так до конца и неясно — еще в 1941 году, второй был железнодорожником и не воевал, служил в Сибири, поэтому прямых впечатлений о войне в моей семье не было. Да и у многих моих сверстников не осталось в живых близких родственников, участвовавших в войне. Но зато от родителей, которые в военные годы сами были еще детьми, мы восприняли совершенно четкое ощущение — «лишь бы не было войны!» Так что наше знание о Великой Отечественной войне формировалось фильмами, книгами и целенаправленным воспитанием в школе. На создание образа войны, героев войны, пионеров-героев была направлена воспитательная политика государства. И должен сказать, что во многом она была успешна.

К сожалению, где-то со второй половины 70-х годов, когда в советском обществе стал явно ощущаться идеологический кризис — кризис веры в коммунистические идеалы, появилось много вранья и о войне, точнее равнодушной неправды. К примеру, в фильмах о войне массово появились длинноволосые, с густыми бакенбардами солдаты, т.е. с модными в 70-е годы стрижками.

То есть пытались угодить зрителю?

Нет, просто многие режиссеры и актеры даже не собирались добиваться какой-то достоверности. И эта равнодушная неправда была хуже откровенного вранья. Очень немногие стремились показать не просто какие-то абстрактные боевые действия, а воспроизвести время, передать дух времени, не только сумели сохранить на экране свою искренность, свои сердечные переживания, но и в деталях не врали. Причем среди этих «немногих» оказались идеологические антиподы: Сергей Бондарчук и Алексей Герман. Первый снял гениальный фильм «Они сражались за Родину», второй — «Двадцать дней без войны» («Проверку на дорогах» в 70-80-е годы не показывали)… Вот интересно, только сейчас сообразил: замечательный фильм Леонида Быкова «В бой идут одни старики» тоже неправдив во многих деталях (учебные послевоенные самолеты, прически актеров, послевоенная военная форма и др.), однако этому фильму веришь, потому что искренность, сердечность и режиссера, и актеров во много раз превосходят мелкую недостоверность…

Так вот, что получается… Мы тогдашние, дети 60-70-х годов, не сильно отличаемся от нынешних детей, наших внуков. От поколения наших детей отличаемся, поскольку в 80-90-е годы, когда они росли, уже не было такой целенаправленной воспитательной политики, наоборот, с конца 80-х годов начинается «развенчание» всего и вся. А нынешнее поколение детей, наоборот, в этом отношении схоже с моим: оно живет во время, когда вновь заработала государственная идеологическая машина.

С моей точки зрения, в наши дни обязательно нужна четкая государственная линия по созданию образа Великой Отечественной войны, иначе память о ней действительно уйдет. Но очень важно, чтобы не было вранья и этой еще более мерзкой равнодушной неправды. К сожалению, сейчас опять началось. Знаете, когда актриса играет медсестру, которая ходит в капроновых колготках и мини-юбке с невообразимым макияжем — это моментально считываемая фальшь. А уж сюжеты… Я считаю, что всегда и во всем в разговоре с детьми самое главное — не врать и не оставаться равнодушным, ибо дети ложь и равнодушие чувствуют моментально.

Получается, до 70-х годов с фильмами дело обстояло лучше?

Я бы не сказал. Фильмов о войне хороших на самом деле очень немного. Снимать хорошие фильмы о войне, вообще хорошие фильмы, как и писать хорошие книги — это очень тяжело. Во-первых, для этого нужен талант, а во-вторых, честность. У нас, как и в любом обществе, которое понимает значение массовой пропаганды, подобные темы, к сожалению, становятся просто средством заработка. Беда вот еще в чем: если в Голливуде помимо заработка в любых фильмах, извращающих военные события, присутствует идея, как, например, в фильме «Бесславные ублюдки», где еврейская команда едет убивать Гитлера и спасать мир от фашизма, то у нас это превращается, к сожалению, в примитивное зарабатывание денег, распил бюджета. И от этого становится очень горько.

Какие бы книги и фильмы вы назвали самыми важными для совместного просмотра с детьми?

Почти все хорошие книги о войне экранизированы. Я бы предложил такую подборку.

  • «Они сражались за Родину» — потрясающий своей искренностью фильм по прозе Михаила Шолохова, какой текст (!), а какая игра актеров (!) — Шукшин, Бурков, Тихонов, Бондарчук, Никулин, Лапиков… Я впервые посмотрел его в 9 классе и плакал…

  • «На войне как на войне» — удивительный в своей нравственной чистоте фильм по повести Виктора Курочкина.

  • «Это было в разведке» — фильм, оказавший очень серьезное влияние на мое поколение, да и нынче — очень современный, по документальной прозе С. Смирнова.

  • «Освобождение» — уникальный и очень хороший фильм-эпос режиссера Ю. Озерова по прозе Ю. Бондарева и других.

  • «В августе 1944-го» — новый, но настоящий… по гениальному роману В. Богомолова «Момент истины».

  • «Горячий снег» — по роману Ю. Бондарева.

  • «А зори здесь тихие…» — по повести Б. Васильева.

  • «Судьба человека» — по рассказу М. Шолохова, гениальный писатель!

  • «Щит и меч» — фантазийный, но для подростков очень нужный, по роману В. Кожевникова.

  • «Четыре танкиста и собака» — польский сериал по повести Я. Пшимановского.

  • С одной стороны, есть государство со своей пропагандой, а с другой — люди сами организуют акции и флешмобы в память о войне: идут с портретами бабушек и дедушек в Бессмертном полку, поют песни военных лет у Большого театра…

    Бессмертный полк — это гениальная своей искренностью акция. Но в подобных мероприятиях очень важно соблюдать баланс между организованностью и инициативой людей. Никогда никакой указ сверху не сможет превзойти то, что люди делают сами, искренне. И я всячески поддерживаю именно искренность.

    Что мне нравится сегодня? В наше время, в конце 70-х, начале 80-х годов эта искренность уже начинала уходить не только из пропаганды, но и из общественного сознания. Уже в школе, в старших классах мое поколение скептически смотрело на официозное празднование войны. По отношению к войне у нас сохранялось уважение, но не было особой инициативы по этому поводу, потому что мы все воспринимали слишком скептически, через призму официальной равнодушной неправды.

    Сейчас уже стало для всех очевидно и понятно, что, учитывая трагический и крайне противоречивый XX век в русской истории, Победа — это пока единственное, что нас всех объединяет как народ. И когда кто-то говорит о Победе что-то плохое или врет о Победе, это воспринимается крайне негативно. Если сейчас плохо говорить о подвиге наших дедов и отцов, это воспринимается гораздо более остро, нежели в годы моей юности.

    Сейчас действительно многие охотно рассказывают свои семейные истории о войне в тех же соцсетях. Почему этого не было еще несколько лет назад?

    У нас еще не было понимания войны на личном уровне, на уровне семьи. Дело в том, что наши деды, бабушки, родители старались о войне особо не вспоминать, старались забыть эти страшные воспоминания, и очень надеялись, что войны больше не будет. Поэтому, как ни странно, большинство ветеранов не хотели говорить о войне. Но нам повезло в том, что именно на наше детство и юность выпало время первой настоящей литературной рефлексии о войне — именно тогда появилась и стала моментально и всенародно любимой «проза лейтенантов», романы и повести тех писателей, кто в годы войны были юными солдатами или младшими офицерами: Юрия Бондарева, Виктора Курочкина, Василя Быкова, Константина Воробьева… Они были ветеранами войны, и в это время стало возможно писать о войне честно. Поэтому настоящее восприятие войны у меня пришло даже не через кино, а через книги. Книги были потрясающие.

    Как говорить о войне с детьми в кругу семьи и что именно стоит рассказывать? Родители имеют возможность фильтровать информацию, не показывать им какую-то пошлость, ложь. Но стоит ли рассказывать обо всем, например, о пытках в концлагерях, о случаях каннибализма в блокадном Ленинграде?

    Ребенок — это существо растущее, личность, имеющая на каждом этапе развития свои возрастные особенности. Соответственно, совсем маленьким детям нужно рассказывать о подвигах и о тех страшных примерах, которые были в годы войны, но доказывали подвиг народа. Мы росли на примерах подвигов Зои Космодемьянской, пионеров-героев. Я считаю, что в раннем детском возрасте нужно больше говорить о героях, о подвигах. Конечно, нужно говорить и о страданиях, но очень аккуратно, дозировано, ведь маленьким детям нельзя давать лишнюю информацию, потому что это может оказать крайне отрицательное влияние на их психическое развитие.

    Ребенок растет, и чем взрослее он становится, тем более серьезный разговор с ним надо заводить, ставить перед ним какие-то спорные, дискуссионные вопросы. В 9-11 классе эти вопросы надо ставить перед ребятами так, чтобы они занимались собственной исследовательской работой, начинали формировать собственное мнение. Чем старше подросток, тем более открыто и на более сложные темы с ними можно разговаривать.

    Но тут большой вопрос — позиция самого взрослого, учителя или родителя. У нас ведь сейчас очень много информации о войне, с ней надо сначала взрослому справиться, самому разобраться. Если у того, кто разговаривает с ребенком, есть понимание того, что произошло в нашей истории, есть любовь к своему Отечеству, то это одно. А если этого нет, и он хочет перечеркнуть все, что было жирным крестом, то это совершенно другое. Если ты изначально воспитывал ребенка в любви к собственному Отечеству, то эту любовь уже ничто у него не отнимет.

    Какой спектр тем можно обсуждать со старшеклассниками?

    Огромное количество. Начиная с коллизий вокруг мюнхенского сговора и советско-германского договора 1939 года, с объяснения событий 1941 года, роли нашего политического руководства и т.д. Кроме того, со старшеклассниками можно и нужно говорить о сути нравственного подвига, нравственного выбора. И такие темы всегда современны. Возьмем ту же фигуру генерала Власова, которого пытаются представить спасителем русского народа, якобы попытавшегося освободить народ от коммунистической кабалы. А с другой стороны, посмотрите, какая гнусная история развернулась недавно вокруг подвига Зои Космодемьянской или героев-панфиловцев… Иначе говоря, попытки сменить «плюс» на «минус» в нравственных оценках войны не прекращаются. Поэтому разговор с подростками, юношами и девушками о сути нравственного выбора — наиважнейшая тема.

    В наше время возникает другой перекос, когда гордость подвигом страны и благодарность тем, благодаря кому мы живем, превращается в самодовольное бахвальство. Как пишут на машинах: «1941-1945, можем повторить». Ребенок не знает, когда началась или закончилась Великая Отечественная война, но вслед за взрослыми повторяет, что мы — сила и покажем всем «кузькину мать».

    Подобного рода отношение к войне, гордость, доходящая до крайности, связана с унижением страны в 90-е годы. Отсюда некоторый реваншизм в сознании наших современников. Но со временем эти процессы выровняются — конечно, в том случае, если большинство наших граждан будет уверено, что Россия заняла достойное место в мировом пространстве. Однако не стоит быть наивными и считать, что вокруг нас миролюбивые овечки, которые будут смирно смотреть на то, как Россия возвращает свое влияние в мире. Да мы и так это видим сегодня. Тем паче нужно уметь и быть готовым к тому, чтобы в случае нужды стать на защиту своей Родины.

    Резюмирую. Правильно я понимаю, что разговор с современным ребенком о войне будет тогда по-настоящему осмысленным, если он строится на любви к Отечеству и предполагает хорошее знание истории самими взрослыми, а не основывается на поверхностных разоблачительных статьях в интернете из серии «наши солдаты массово насиловали немок»?

    Да, чтобы передать нечто важное и ценное ребенку, нужно самому хорошо в этом разбираться. Знать свою историю, культуру, стремиться к этому знанию. Ведь любой разговор о воспитании детей — это в первую очередь разговор о родителях и учителях, об их позиции. Ребенок не воспитывается словами, абстрактными разговорами или яркими педагогическими приемами — ребенок воспитывается только личным примером, подражает родителям, учителям и образам литературных и кинематографических героев. Поэтому главное, что может сделать родитель для своего ребенка — самому дорожить памятью о войне и стараться быть достойным своих дедов и прадедов.

    Беседовала Анастасия Храмутичева

    Поделиться в социальных сетях

    Оставить комментарий

    Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

    *